⏱️

Server temporarily unable to display the requested page

A server failure may have occurred or brief technical maintenance is being performed.
You can always check the current server status in the Telegram community chat.

Reload page

504

Никита Менкдкович Никита Мендкович

Мираж (рецензия на одноименную повесть)

мираж- оптическое явление в ясной спокойной атмосфере при различной нагретости отдельных слоев, состоящее в том, что невидимые находящиеся за горизонтом предметы отражаются в преломленной форме в воздухе.

"Толковый словарь русского языка" под редакцией Д. Ушакова

Собственно говоря, нравится вам или не нравится то или иное произведение - вопрос личного вкуса. Любая дискуссия по этому поводу в конечном итоге споткнется о другой вопрос: "Что есть красота?", после чего спор о произведении искусства превратится просто в борьбу житейских моралей и личностей оппонентов.

Рецензирование чего бы то ни было, имеет смысл только, либо как попытка мотивировать, почему то или иное явление мне нравится, либо найти в нем какую-то оригинальную трактовку, идею, смысл. Либо, в конце концов, поделится своими мыслями с читателями и авторами, чтобы одни сделали вывод, стоит ли им это читать, а другие стоит ли им писать таким образом. Однако и то и другое и третье будет отягощено известной субъективностью пишущего.

Увидеть это можно на примере данного номера "Новых Людей", каковой оказался особенно урожайным на рецензии. Поводом к такому энергичному обмену мнениями стала повесть Константина Алексеева "Мираж", опубликованная в нашем журнале несколько месяцев назад. Учитывая, что тема, радикальный коммунизм в современной России, достаточно мало освоенная и острая, комментарии прозвучали весьма жестко. Оба рецензента, по-видимому, без предварительного сговора, идентифицировали Алексеева, как врага революции, противника и т.д. Оговорюсь, что автор этих строк относится к перспективам коммунистов в России и тем более отношениям внутри их колонн вполне нейтрально. Так что у меня есть все предпосылки, чтобы объективно (опять-таки со сделанной выше оговоркой) проанализировать "Мираж" и страсти вокруг него.

Ни для кого не секрет, что дела в России идут не идеально, никуда не деться от экономических, социальных и политических трудностей, одно только перечисление которых заняло бы недопустимо большое место в моем очерке. Подобное положение вещей заставляет многих искать жизненную альтернативу существующему обществу, каковые поиски заводят людей в самые различные места: партии, секты, террористические организации.

Первую строку в списке подобных альтернатив неминуемо займет наше не столь уж давнее прошлое, коммунистическая идея. О ее продукте - современных коммунистических организациях и идет речь в повести Алексеева.

Перед нами предстает небольшая организация коммунистов, участники который упорно пытаются найти путь из современного тупика, однако вскоре понимают, что сами оказались в тупике.

"Просто иначе все стало. Будто кто-то всех нас в тупик завел и удерживает там, не дает вырваться, искать другой путь. Посмотри, что у вождей наших на уме? Политический капитал! Все ради него, ради общественного резонанса! Людей под дубинки омоновские бросают, с экрана бред всякий несут… Сдается мне, не нужна им ни Советская власть, ни жизнь нормальная!.. Они вроде и при этой неплохо устроились!.." - говорит героиня "Миража".

Здесь не место пересказывать содержание повести, скажу только, что автор шаг за шагом подводит нас к логичному, с его точки зрения концу, - идея и организация развеиваются "как мимолетный зыбкий мираж".

Алексеев видит выход в другом: внутренней, коренной переделке нашей элиты и нашего общества. Исподволь заменить оккупировавших власть "финансистов и банкиров" на "промышленников", которые "нового Сталина на престол поставят".

Конечно, с автором можно не согласится, чем активно и занимаются мои предшественники. Однако мне кажется, что политические дебаты несколько иной жанр и упрекать автора в том, что его точка зрения не совпадает с вашей несколько странно.

Единственно можно обвинить Алексеева, что он навязывает читателю свою точку зрения, не оставляет места для догадок и самостоятельных рассуждений. "Художественной литературе вообще противопоказано поучать или вести, предлагать конкретные пути или создавать методологию. … Писатель - это прибор, показывающий состояние общества…".

Однако авторы процитированного романа ("Гадкие лебеди", если кто-то не узнал) тоже не балуют нас свободой выбора, кто прав: родителей штурмующие с ружьями в руках лепрозорий или сверхлюди ("мокрецы"), отнявшие у них детей. Стругацкие решают этот этический спор в пользу последних, хотя, на мой взгляд, вопрос более чем сложный. Да "Хищные вещи века" открывают немного возможностей для равноправной борьбы идей.

Более оригинальны и разнообразны претензии моих предшественников. "В повести явственно проступает схема: все отрицательные герои - либо евреи, либо кавказцы. Они уничтожают русский народ и издеваются над ним. Русские коммунисты, русские ФСБшники и русские ОМОНовцы должны объединить усилия, чтобы скинуть эту мразь. Никаких реальных противоречий между ними нет, просто их стравливают друг с другом злые сионисты (в рамках издевательства над русским народом, если кто не понял). Провокации против коммунистов устраивает не государство, а все те же отдельно взятые картавые" - обличает Ольга Казарян. Я честно перечитал Алексеева еще раз, так как каких либо акцентов на национальности героев автор не делал, и я просто упустил этот аспект из вида. При повторном чтении найдено: два еврея и один кавказец. Первый некто Соломонов (наверное, это еврейская фамилия), провокатор, и Клейнер (с тем же успехом немец), начальник не дающих хода перспективным научным разработкам героини. Однако в повести хватает и других отрицательных героев с чисто русскими фамилиями Ширяев, Стражник, и, в конце концов, скатившийся в "отрицательные" Закляков.

Какого-то антиеврейского акцента я лично здесь не вижу. Инцидент с Вахидом вообще ставит совершенно другую проблему: "Его дом в Гудермесе разрушили и сожгли, два его брата геройски сложили головы в боях с путинскими войсками. Как и его земляки - наши чеченские братья, Вахид и сам, не на словах, а на деле доказал свою преданность борьбе с режимом, с оружием в руках защищая свой дом от посягательств армейских карателей" в связи с чем коммунисты-радикалы выдвигают его кандидатуру на пост городского головы. В качестве завершающего штриха к этой характеристике Вахида опознает один из участников организации Губанов, побывавший в плену у боевиков.

Проблема в том, что некоторые коммунисты испытывают просто щенячий восторг от того, что бандиты "на деле доказывают свою преданность в борьбе с режимом". Чего многие и не скрывают. У меня подобная нечаевщина равно как у Алексеева и Губанова не вызывает особого сочувствия, и ненависть к кавказцам здесь совершенно не при чем. Мои претензии к автору совершенно иные, как справедливо заметил Семенов, порой мир повествования мало согласуется с логикой и действительностью. Раненый омоновец лечится в общегражданской клинике, коммунисты заготовили специальный комплект листовок для кавказцев приехавших в Москву, хотя большинство из них не имеет местной прописки и, соответственно, не может голосовать на окружных выборах.

Однако мне кажется, что эти и подобные ошибки были сделаны автором в какой-то степени сознательно. Вспомним хотя бы сцену "закулисных бесед социал-предателей", где те фантасмагоричски бичуют себя перед читателем. Что это, авторская наивность?

Однако вспомним "Господин Гексоген" Проханова, нет ли сходство между прохановской сценой в Кремле и "откровениями" Алексеева? Такое же самобичевание похожее на "Протоколы сионских мудрецов", тот же пафос "мы - гады, и этим гордимся".

Если подойти к "Господину Гексогену" с меркой достоверности, то мы должны будем назвать его просто бредом. Однако "Г.Г." не реалистичный роман и не интерпретация реальных событий, а роман о мировоззрении, где в декорациях реального митра разворачивается действие, ирреальность которого понимают и автор и читатель. Роман о том, каким может показаться мир, роман о ненависти и отчаянии, роман о крахе и безумной непостижимой жестокости. Черная фантастика, если угодно.

В эту концепцию очень хорошо укладывается "обедненный" стиль диалогов в "Мираже": его герои от вахтера и домохозяйки до политика и аспирантки-биолога (дело происходит в Москве) украшают речь бесчисленными инверсиями. Такой прием обычно используется в литературе, чтобы подчеркнуть простонародность персонажа. (По наблюдениям автора в реальной жизни подобный стиль речи нечаст даже у пожилых обитателей глубинки, в речи которых инверсий на порядок меньше, чем у Алексеева).

Не является "простоватость" "Миража" своеобразным повторением вычурности и надрыва "Господина Гексогена", автор которого был награжден литературной премией? Возможно.

Однако остается главный вопрос: оправдан ли, хорош ли, подобный эксперимент (не важно, насколько он был запланирован автором)? На мой безумно субъективный взгляд - нет, равно как не оправданы изыски Проханова. Упорно кажется, что "Мираж" бы только выиграл, используй автор традиционные литературные приемы, напиши повесть жизненней и четче.

Так кажется мне, однако читатель сам составит свое мнение о повести, если прочтет ее. В любом случае терять-то особенно нечего, ибо в душе нет ничего, кроме гулкой пустоты, словно все, чем жили прежде, в одночасье исчезло, как мимолетный зыбкий мираж.

Никита Мендкович

2 января 2004 года,

Мытищи

НА ГЛАВНУЮ